Юрко_Фальоса (falyosa) wrote,
Юрко_Фальоса
falyosa

Балет бутылок

Оригинал взят у ngasanova в Балет бутылок



«Во время войны 1870 года Сезанн писал яблоки.
Во время войны 1914 г. Ренуар писал цветы, обнаженных женщин,
а Пикассо работал над композицией кубистических натюрмортов
из трубок и ваз для фруктов».

Эрве Базен, французский художник

Живопись воздействует на глаз, как музыка на слух – пятнами цвета, ритмами линий,
тишиной и паузами пространства. Живопись не служит никакой идее – она есть отражение
любой идеи во внутреннем мире человека. Этот внутренний мир обладает такой же мощной
реальностью, как реальность внешняя.


Giorgio Morandi (1890— 1964) — итальянский живописец и график.





Giorgio Morandi родился в Болонье в 1890 г. Прожил всю жизнь в Италии.
Пережил все ужасы ХХ века. Видел первую мировую войну, возникновение,
развитие и крушение фашистской диктатуры, воцарение в искусстве футуризма
с его пафосом разрушения.

В начале века, точнее, в его первом десятилетии, Giorgio Morandi выступает как
последователь импрессионистов, а также течения «Югендстиль» и болонской школы
«Флореаль».





Таковы его прозрачные пейзажи . В них итальянская природа, представляющаяся как южная,
яркая, контрастная, является нам неожиданной в своей тонкой монохромности.
Пейзажи кажутся подернутыми голубоватой дымкой сфумато, так любимой художниками
Высокого Возрождения.. В пейзажах Giorgio Morandi нет ничего эффектного – дорога
среди деревьев, освещенная солнцем, изгородь, легкие, прозрачные тени на земле.





Колорит голубовато-зеленый, гамма сдержанна. Ритм вертикальных стволов и горизонтальных,
распластанных на земле теней создает ощущение музыки, светлой и мечтательной.





Пространство – воздушная среда, небо, тени деревьев – не менее предметны и материальны,
чем горы, земля, стволы деревьев, дома, изгороди. Кажется, еще немного, и пейзаж
превратится в абстракцию, но этого не происходит. Напротив, его пейзажи призывают
зрителя медитировать, сосредоточенно вглядываться и отдаваться настроению,
навеваемому природой, так много в них духовности и музыкальности.

Он пытается выйти за пределы присущего ему конкретного видения, переживает влияние
сюрреализма Де Кирико. Таковы его натюрморты этих лет.





Один из них, хранящийся в Эрмитаже, изображает холодный и безликий манекен в ящике.
В миланском натюрморте тот же манекен в окружении столь же застывших, как бы
окаменевших, предметов – бутылок, хлеба, курительной трубки и т.д. Giorgio Morandi
рано понял необходимость совмещать современность и традицию.

"Дерсу Узала, отказался стрелять в бутылку, не понимая,
как можно разбить такую ценную вещь".

Арсеньев

Giorgio Morandi тоже ценил бутылки и запрещал с них стирать пыль.

"Она у него поет",
– сказал Умберто Эко, и понятно, что он имел в виду, потому что пыль
позволяет увидеть, как на стекле оседает время.





Он создал целую серию натюрмортов с бутылками, которые считаются эталоном
мастерства в современной «метафизической живописи»

Его интересует поэзия, загадки, раскрытие внутренней ценности вещи.



Morandi Avtoportret


Молодой художник изобразил себя погруженным в глубокую задумчивость. Взгляд устремлен
вовнутрь. Руки, держащие кисть и палитру, безвольно опущены на колени. Портрет овеян
печалью. Серебристо-коричневая гамма усиливает состояние тишины и одиночества.
Он одновременно и замкнут, и хочет открыть свой внутренний мир зрителю.





«Именно обычные вещи оказывают влияние на наш дух. Они раскрывают высшие формы
существования, чем занимается искусство. Вещи привычные, родные, на них мы
смотрим и не видим»

Маринетти - «Метафизики простых вещей»




Натюрморт. Голубая ваза, 1920


Предметы расставлены симметрично с почти равными интервалами.
Они как будто демонстрируют себя, смиренно и кротко.





Монументальность и плотность. На золотисто-коричневом фоне группа предметов почти
силуэтна и напоминает старинный замок, крепость. Колорит суров и сдержан.





Есть что-то эпическое, величавое и почти трагическое в этой группе простых вещей.
Они живут своей таинственной, независимой от нас жизнью. Предметы помещены на
авансцену, приближены к зрителю, словно к краю рамы. Они жмутся друг к другу в
каком-то страхе и тревоге, обмениваясь неслышными нам репликами, совершенно не
замечая нашего праздного любопытства





Вещи сбиты в плотную, монолитную группу, справа и слева ограниченную белыми
бутылками, как бы конвоирующими эту встревоженную толпу.





Мир предметов, казалось бы, неодушевленных, для Моранди есть мир живых людей. Они
одухотворены и представляют собой не что иное, как изображение души художника,
ушедшего в мир вещей, противопоставив себя фашистской действительности.





Художника больше не интересует материальная сущность предмета, перед нами
изображение внутреннего мира автора, куда он уходит от невыносимой реальности.





Это одни и те же бутылки, графины, чайники. Но их взаимодействие друг с другом, их
расположение в пространстве выражают драматические отношения автора с миром.
Таковы и офорты этого времени. Тональность их однообразна, предметы лишены
индивидуальности. Они лишь тени самих себя, смутные воспоминания, мираж.
Штриховка кажется механической и равнодушной.





Тишина – вот главная тема его натюрмортов этих лет. Кухонная утварь, кофейная мельница,
бутылки и кувшины тихо беседуют, исповедуют друг другу какие-то тайны. Они
воспринимаются в удивительном единстве. Это единство семьи, близких друзей, куда хочется
уйти от невыносимой действительности.





Постепенно колорит высветляется. Предметы на полотнах становятся не только светлее
и радостнее, но они как бы теряют вес. Коричневатую мглу сменяет дневной свет,
заливающий холст. В основе колористической системы Giorgio Morandi, как и любого
живописца, лежит сочетание цвета и света. Если за цветом закреплены материальные
формы, то за светом – душевность, эмоциональность, пространство.





Происходит постепенное изменение всего живописного принципа Giorgio Morandi:
он почти отказывается от цветовых рефлексов, появляется тональное единство.
Все тона необычайно чисты. Их чистота как будто сопровождается свечением.
В них найдена мера цветности и этого удивительного света.





Группы предметов кажутся не такими взволнованными, это, скорее, семья перед домашним
очагом. Они доброжелательно обращены к зрителю, сохраняя полную тишину.
Это, если можно так сказать, «движение покоя».





Невозможно пройти и мимо чудесных «букетов». В них нет буйного цветения, зато есть
что-то хрупкое, удивительно скромное, хочется сказать «чеховское».
Это букеты-воспоминания, букеты-новеллы.







Tags: изобразительное искусство, художники
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments