Юрко_Фальоса (falyosa) wrote,
Юрко_Фальоса
falyosa

Category:

Глава 1. Народы хищники и народы жертвы.

Оригинал взят у chest_i_razym в Глава 1. Народы хищники и народы жертвы.
После завершения циклов статей про космические империи и адамитов обратимся к совсем уж локальной по масштабам истории. К русской истории.


Первая глава - лирическое отступление и моральная подготовка к шокирующей для многих русских информации последующих глав.

Вдохновила меня на сей опус древняя советская энциклопедия всемирной истории 1956-60. В этом многотомном труде обобщена и систематизированная обширнейшая информация, построена внутренняя логика исторических процессов в соответствии с принципами политэкономии сталинского времени. Собственно, если иметь прививку против левацких утопий, то эту энциклопедию полезно было бы прочесть каждому любителю истории.
Читать её можно тут:
http://historic.ru/history/

Итак, в чем я не согласен с марксистами? Собственно, вся их идеологическая оценка происходящих процессов замешана на нескольких аксиомах.

1. Все досоциалистические государства были и есть не что иное как орудия в руках господствующего класса для эксплуатации угнетенных широких слоев населения.
Тут все верно, только и социалистические государства тоже есть по факту орудия в руках узкой прослойки красных аристократов для эксплуатации населения.
2. Население делится на классы, которые противостоят друг другу, одни эксплуатируют других.

Здесь тоже суть ухвачена верно, хотя и есть недооценка фактора культурной, этнической, религиозной и национальной самоидентификации.
Но самой главной ошибкой марксистов является идеологическое очернение эксплуатации. Якобы, эксплуатация – это всегда аморально, несправедливо. Давать моральную оценку историческим процессам так же глупо, как и проклинать дождь или снег. Из этой неверной оценки следуют и неверные выводы: сочувствовать надо только рабочему классу и крестьянству, то есть эксплуатируемым классам, а всех эксплуататоров в конечном итоге нужно искоренить, то есть уничтожить.

Во-первых, эксплуатация эксплуатации рознь. Какой-нибудь хипстер вебдизайнер, работающий пару часов в день, имеющий машину, квартиру и катающийся два раза в год на Бали, и раб на галерах – это две большие разницы. Хотя и то и другое фактически есть эксплуатация.

Продукт, произведенный и рабом и наемным работником, принадлежит хозяину, работодателю. Собственно, эксплуатация есть распоряжение временем другого человека и ничего больше. Раб был вынужден отдавать все свое время хозяину, сегодня европейский рабочий отдает лишь часть, но все равно отдает. Да, между рабом и наемником есть большая разница. Наемник имеет личную свободу и вправе менять работодателя или вообще не работать. Но все эти плюшки бывший раб получил не из-за прогресса общественных институтов, а благодаря развитию капитализма и конкуренции, благодаря усложнению промышленности.

Бедственное положение раба или крепостного крестьянина связано прежде всего с низкой производительностью труда. В 20 веке эксплуататоры поняли, что экономика может развиваться дальше только при росте благосостояния и эксплуатируемых классов. От кризиса перепроизводства можно на время уйти повысив доходы рабочих, тем самым включив их в число потенциальных покупателей продукции, которую они и производят. Государства с подобным массовым производством резко ускорялись в экономическом росте, рос масштаб экономики. Аристократы тоже получали от этого выгоду. На большом рынке можно было больше вкладывать инвестиций в продукцию, на широком рынке, она могла окупиться, а в нужное время, пояса эксплуатируемых можно затянуть и те мощности, что делают жвачку и сникерсы для широких масс могут быть переведены на военные рельсы.

Но вернемся к главному, так уж мир устроен, что есть люди, которые руководят и распределяют ресурсы, а есть люди, способные лишь подчиняться и выполнять чужую волю. Я считаю, что это фактически два вида людей.



Марксисты хотели уничтожить эксплуататоров, а на самом деле нужно было изживать эксплуатируемые классы. Общество должно стремиться к эксплуатации машин, а не рабочей силы. В идеале в обществе должны остаться эксплуататоры машин и самозанятые граждане, а эксплуатируемые должны перейти в разряд просто потребителей либо исчезнуть вовсе.

Теперь вернемся на тысячелетия назад. Я на пальцах опишу свою гипотезу зарождения класса эксплуататоров - аристократии и класса рабов - «илотов».

Пусть на некоторой территории люди (по воле жречества или богов) перешли к земледелию. Что поменяется?
Во-первых, люди надолго привяжутся к конкретному участку земли, ибо засеянное поле нужно охранять. Во-вторых, у них изменится рацион, животные жиры и белки будут заменены растительными, что скажется на психотипе и физиологии земледельцев, большие организованные охоты уйдут в прошлое.

Через некоторое время на территорию этих земледельцев начнут вторгаться банды, в основном состоящие из кочевников скотоводов и охотников. Эти бандиты переключатся с охоты на животных на охоту за людьми. Ибо убийство одного земледельца и грабеж его запасов еды приносит в среднем полугодовой рацион для одного бойца. Поэтому банды могут серьезно наращивать свою численность, и за счет превосходства в сноровке и числе они гарантированно побеждают земледельцев.

В некоторый момент численность бандитов-хищников будет расти, а земледельцы-жертвы будут исчезать. Что вызовет сокращение площадей обрабатываемой земель и в итоге вызовет к вымиранию и хищников. На определенном этапе конкуренция за оставшихся земледельцев будет очень высокой и однажды хищники договорятся с жертвами. Они не будут отбирать всю еду, за это им дадут возможность поселиться рядом с деревней, а земледельцы хоть и будут жить впроголодь в коленнолоктевой позиции, но они будут жить. (подобную картину мы можем наблюдать в некоторых вестернах)

В дальнейшем бандиты превращаются в аристократов, в элиту. Будет построена крепость, охраняемые хранилища. В минуту опасности земледельцы будут укрываться за стенами. Но не стоит забывать, что бандиты и земледельцы могут являться представителями разных этносов и культур.

Отбор и закрепление генетических предрасположенностей продолжается и после старта экономическо-политического симбиоза. Аристократия пестует храбрость, братство по оружию, предприимчивость, активность, гордость, презирается тяжелый монотонный физический труд, иногда презираются и ремесла, хотя вначале бандиты должны быть неплохими военными ремесленниками и кузнецами.

Из массы земледельцев выживают самые терпеливые, способные к монотонному и тупому труду, спокойные, физически более слабые, но выносливые, эксплуатируемый класс зачастую даже пользуется отличным от правящей элиты языком. Если же среди земледельцев появляются «генетические аристократы», то они либо погибают в схватках с аристократией, либо вливаются в неё.

В дальнейшем аристократия может сменяться в конкуренции с другими бандами. При сохранении этнического однообразия класса земледельцев, этническая принадлежность аристократии может меняться десятки раз, и в итоге аристократия может стать очень генетически и культурно далека от эксплуатируемого ею народа. Что не придает эксплуатации мягкости.

Фактически аристократы относятся к земледельцам как к чужому народу, и они правы.
Следующим этапом совершенствования симбиоза стало применение крупных масс воинов-рабов - ополченцев. Аристократы теперь занимали командные должности, то есть становились офицерами, и комплектовали элитные подразделения и даже рода войск (всадники у греков).

Политически деревня вырастала до нескольких удаленных друг от друга крепостей, в которых сидела родственная аристократия. Если в главном городе аристократия деградировала, то другие города могли отсоединяться или даже захватывать столицу.

Водные пути в прошлые времена были иногда единственным возможным путем для транспортировки грузов. Поэтому империи часто росли вдоль рек и побережий.

Исторических примеров такого симбиоза "хищников и жертв" массы. Самым ярким и известным, пожалуй, является взаимоотношение спартанцев с илотами. Спартанцы считали себя дорийцами, тогда как эксплуатируемые массы были ахейцами (хотя на самом деле часть эксплуатируемых вела свою генетику еще с доахейских народов). Причем стоит заметить, что спартанская аристократия сохраняла единство и чрезвычайно медленно переходила к институтам частной собственности. Собственно, чем больше элита воевала и чем меньше торговала, тем медленнее разваливалась родоплеменная общность аристократии. В битве каждый боец должен был воевать за все воинство целиком, после битвы вождь (вначале выборная должность) делил добычу и устраивал пиры. Также военные демократии использовали нечто подобное казачьему кругу или вече, куда конечно же могли приходить лишь аристократы-воины, но не илоты. А эксплуатируемые земледельцы относительно быстро распадались на общины и даже семьи.

Другой пример, македонцы после захвата Персидской державы стали элитами в побежденных сатрапиях, да и сами персы некогда были лишь пришедшими из Ирана племенами, которые составили костяк аристократии земледельческого Ближнего Востока. Халдеи, амореи, ассирийцы, аккадцы, арабы, франки, готы, гиксосы - примеров таких пришлых для порабощенных туземцев элит множество.
Но перейдем наконец-то к Древней Руси. Если принимать официальную «несторовскую» версию, то история первых веков нашего государства выглядит нереальной. В ней множество нелогичных и неясных деталей.
Map

Tags: всемирная история
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments